Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

(no subject)

в свой последний день в Евросоюзе переняла искусство мимикрии теплое тело масс
нет никого просто так не обвиняют у нас не отнимают самое дорогое в этом пчелином рое
собираются на детских площадках по трое в темное время суток
эта война как веерное отключение света
в твоих артериях яд виноградных косточек этой страны
дети с врожденным чувством вины с наследственным сколиозом
из жизни иногда получалась проза
здесь бьют и любят без цели какой-либо просто деваться здесь некуда от нелюбви
от секретиков в рыхлой земле это стеклышко с мертвым жуком
мы вырабатываем ровный почерк и забываем его добытый с таким трудом
нет здесь ни ночи ни дня эти грустные песни отчизны что прячет от света тебя
шторы тяжелые закрывает все острые предметы убирает
ни имени ни роду ни племени не называет
этот снег из пуховых перин этот Рим без названья и счета прекариат едет на работу
но в следующем году мы будем в Константинополе или в Иерусалиме
мы станем совсем другими
со своими бумажными стаканчиками для кофе счастливыми молодыми
всё растворяется в сизом дыме
остается на плитке стен формулами простыми

(no subject)

«женщина возле метро сказала, что красота требует жертв
ее восьмилетняя дочь спросила, чем же тогда красота отличается от войны»
дети красоты утром штурмуют заплеванную электричку, покупая кроссворды для огородников
спят стоя, как лошадь, видят море во сне, эта красота никогда не закончится
твои запястья исполосованы красотой, разорваны властью
эта красота никогда не закончится, убивая тебя
дети красоты морозных бинтов, а ты себя узнаешь хотя бы немного
нет, это ведь не я, у меня была какая-то другая война
утро цвета капель для сердечников, холод на остановке
стройся по двое, отсюда никто не уйдет живым
если что, мы сбежим, ты думаешь, нет, красота отравила твою кровь
заставила бояться, не делать резких движений в темных дворах
выбирать язык глухонемых для свободы
камни брусчатки цвета мертвых камней, письма без обратного адреса
повестки на глянцевой бумаге, мертвые жители городов без войны

(no subject)

день девочек

Алиса читает объявление на столбе работа по сбору фруктов зарплата после вычета налогов
отрывает телефон, набирает номер, ей назначают встречу на остановке
она думает отлично, куплю новые кроссовки, таких нет ни у кого в классе
потом садится в лифт, оказывается под землей
в популярной психологии это называется «встреча с собой»
вот она подбирает во дворе школы мертвого воробья
вот снаряд разрушает стену, она думает нет только не я
что я сделала такого, что семья оказалась по ту сторону границы небытия
пирожок говорит съешь меня, ты слишком худая
потом, момент уязвимости выжидая, говорит ты слишком толстая, моя дорогая
вокруг зеркала, слишком много зеркал,
как в конце девяностых, когда нельзя было не оформить зеркальный зал
ты вырастаешь до размеров своего страха, носишь его под сердцем,
классической музыкой перекармливаешь в утробе
потом Алиса становится маленькой, как сверчок
сжимается в комок, чтобы стать незаметней всех
в темноте раздается смех ты каждый раз делаешь неправильный выбор,
думая, что это черновик и всё можно будет переписать,
так что этот номер в итоге без твоего текста уйдет в печать
никто не обязан ждать, пока ты поймешь, с какой стороны яда правильный нож
ночь там или день за окном, сетчатка глаза привыкает воспринимать только монохром
а тебя ведь учили хорошим манерам, прививали с таким трудом
Алиса думает, что у нее был на поверхности дом, если провести пальцем по штукатурке,
вымести из-под дивана самовольных жильцов окурки,
перестелить паркет, притвориться, что смерти нет
спрашивать у себя, что сегодня у нас на обед
это был бы правильный ход, и тогда никто не уйдет
Алиса не прочитает объявление и номер не наберет
без конца продолжающееся чаепитие людей, не нужных друг другу –
то они господа, то слуги, то случайные зрители за пределами стеклянного колпака,
их внимание быстро переключается на другое
Алиса думает мы не любим себя, но не можем оставить себя в покое,
словно чайный лист, который заваривают несколько раз,
чтобы гостей поразить умением заваривать чай, словно в Китае
мы сидим за столом, ничего не понимая, зерна слов перебирая
под ногами трещит склянка пустая

(no subject)

я не умею придумывать остроумные ответы на вопросы
однажды на поэтическом вечере журналист с микрофоном спросил назовите лучший способ самоубийства
я ответила спрыгнуть с моста влюбленных сейчас я ответила бы съесть двадцать бургеров
или пробежать сто второй километр на беговой дорожке
а тогда мне казалось что любовь хуже всего
в общем и журналист не испытал особого энтузиазма от моего ответа
пошел спрашивать у других наверное ему сообщили много разного креатива
тогда мы вообще были позитивны пойти на войну никто не ответил
вы что откуда война мы пили коктейли слушали стихи о несчастной любви
и о том что несчастная любовь это не приговор
но вдруг проговаривались после энного количества этанола что в жизни нет смысла
минутная слабость превращалась в рутину
люди на улице говорят скорей бы война и чтобы пятьдесят миллионов погибло
очень много свободного места и всё что не любишь исчезнет
только большая война от холестерина очищает сосуды
я не умею придумывать остроумные ответы на любые вопросы
если мне задают вопрос я скорей сожмусь в комок синдром самозванца
нужно понять что никому не нужен ответ
журналисты с микрофоном исчезнувшего канала
ходят по закрывшемуся клубу с вопросом как покончить с собой

(no subject)

не оставляй этот город говорит его рассеянный стыд зря мы его что ли создавали с нуля
строили кафе ткань пороли выкладывали горкою профитроли
всех мертвых этого города узнавали по скучающему взгляду по ответу нет спасибо не надо ничего
зря мы что ли строили эту ГЭС которую окружал со всех сторон древний древлянский лес
нет говорит не оставляй его здесь он лежит на твоей ладони
от всей его средневековой хтони простых объяснений для сложных вещей тысячи до аэропорта
если ты ему покажешься мертвым он тебя тоже съест здесь и так хватает мертвых невест
заторов на мостах для инвалидов и пассажиров с детьми мест наоборот
он тебя по винтику из конструктора соберет не оставляй этот город без присмотра
говорит он только выглядит гордо
все его парки мосты безымянные кресты когда-то мы увлекались морским боем
ходили строем верили что печаль облагораживает сердца
поэтому оставайся здесь оставайся с ним до конца
это ли не любовь после расторжения брака йогуртами со вкусом злака обволакивает нёбо
но теперь тебя пожалел кто бы колыбельную спел
смотри он созрел падает на твою ладонь
просто смотри даже стекло не тронь

(no subject)

твоя мама оставила нам свои комнатные растения и много банок с компотом из сухофруктов
я поливала цветы честно, но они всё равно засохли,
может быть, воду надо было настаивать несколько дней до комнатной температуры, твой отчим
написал заявление в полицию после того, как ты зачем-то сказал, что мы никуда не уедем
ты часто говорил то, что не думал на самом деле, чтобы посмотреть на реакцию
отчим написал заявление о том, что я живу у них без регистрации и вида на жительство
солнечным воскресным утром кто-то начал стучать в нашу дверь, потому что не работал звонок
ты сказал полицейскому, что я твоя жена, полицейский спросил, где штамп в паспорте
тогда ты пообещал, что я скоро уеду
мы договорились про аренду квартиры, я купила билет на поезд
хватило только на плацкарт, потому что часть денег ты забрал
сам ты летал только на самолете, говорил, что тебе надо каждый день мыть голову, а в поезде три дня это невозможно
в поезде полицейские тоже увидели, что у меня нет регистрации
спрашивали о моих взглядах на политическую ситуацию, я сказала, что во всем виновата Америка,
и я сразу же с вокзала куплю билет и уеду, пообещала
потом проводница спрашивала, почему мной интересовалась полиция,
мужчины в купе отшутились, сказали: «они просто хотели познакомиться»
тогда проводница спросила, кто тут курит в тамбуре, у меня
я не рассказывала тебе эту историю, теперь ты никогда о ней не узнаешь
или знаешь уже, потому что теперь тебе обо всем известно
наша жизнь состояла в основном из того, чтобы выбирать продукты по акции в «Седьмом континенте»
иногда выбираться на ярмарку мёда, верить в любовь

(no subject)

ты родишься кем-то другим теперь, не вспомнишь, что был поэтом
наверное, книги свои прочитать не сможешь
или всё-таки вспомнишь, выучив азбуку, снова начнешь рифмовать неумело
какие-нибудь стихи о первой любви и смерти
нет, мы друг друга никогда не узнаем
ты включил концерт классической музыки на канале «Культура»
и сказал, что испортил свою карму
наверное, мы ничем другим не заняты здесь
хотя кто может знать, в чем наша кармическая задача
может быть, именно в том, чтобы писать стихи о любви и смерти
для этого узнать, что такое смерть и любовь
ты родишься кем-то другим, может быть, только панические атаки,
страх закрытых пространств о чем-то напомнит
о чем-то ненужном в обыденной жизни,
как ужас любви, как прививка от кори, что в детском саду остается на коже
но я всё равно никогда не узнаю тебя

(no subject)

я смотрю фильмы конца 80-х «Светлую личность» или начала 90-х «Скандал в нашем Клошгороде»
мужчины в фейсбуке пишут мне: «вы, молодежь, ничего не помните»
тридцать лет канули в Лету, как не бывало их, с тех пор мы сменили love is на orbit,
перестали верить рекламе, перестали верить ТВ
перестали считать волоски седые на голове
состоим в группе для тех, чье детство никуда не ушло, там тесты про тамагочи и юпи
про считалки, которые были в ходу в подготовительной группе
мы должны были пройти этот уровень, хищный цветок перехитрить
все пакетики юпи из буфета допить
тамагочи мертвый лежит у тебя в кармане, в слое фантиков погребен
в учебнике правоведения написано «закон суров, но это закон»
одноклассники зовут на тим-билдинг в лесу, предлагают играть в мяч
ты думешь, это источник всех твоих неудач –
отсутствие интереса к подвижным играм, общению с теми, кто не совсем ты
боязнь закрытых пространств, открытых пространств, темноты
но тамагочи мертвый в кармане полежал и воскрес
мы возьмем его тело и вместе поедем в лес